Цель проекта жизнь, но под дурманом тотальной пропаганды, никто даже не задумывается, что она одна и висит на волоске
Через классические выборы, изменения нужные людям провести нельзя. Поэтому я кандидат в президенты приглашаю лично Вас и всех Землян потратив минуту на суть, посильно присоединится к созданию и Мировому туру Главного шоу цивилизации http://www.kissproject.info/2017/09/blog-post_13.html

Юрий Жуков А вы не хотите еще вспомнить? ­

Это конкурсный рассказ по Номинации Литературные шашки/шахматы 
бриф и рецензия в коменте.
И.Лященко 
А вы не хотите еще вспомнить сатрапию… древнеперсидскую?! – надрывно  кричал в микрофон один политик. – А средневековую инквизицию?!... Вот  вам контроль! А тотальный контроль – это вообще!... Те ситуации по  сравнению с ним покажутся как ме… ­ Коллега! Коллега! Коллега! – перебил его другой. – И в этих… Даже в этих  вариантах, что Вы сейчас перечислили, велась борьба с преступностью. И  иногда весьма успешно. Если Вы лично этого не пони… ­ Я не об этом хотел сказать! Вы меня не дослу… ­ Я понимаю, я понимаю! Вы сказали, что контроль снизу, при таком  раскладе, будет пассивным по сравнению с контролем сверху. А я говорю –  нет! А я… ­ А почему?! ­ А потому, что это будет полный, тотальный контроль. Не только снизу или  только сверху, а и сбоку, справа, слева, отовсюду! Никакой частной, скрытой  жизни ни у кого уже не бу…    Теледебаты вошли в кульминационную стадию и дискутирующие осыпали  друг друга «аргументами» порой не стесняясь в выражениях. ­ Какая тупость. Вообще охренели, ­ сказал папа и переключил телевизор.    На другом канале шла юмористическая программа. ­ Почему тупость? – вмешалась мама. – А эти «шутники» лучше?    Папа косо ухмыльнулся. ­ Пап, а что такое тотальный контроль? – спросил сын.    Вопрос ребенка не раздражил отца, но вызвал у него легкое  замешательство. ­ Это когда ты сядешь в туалете… какать, а на тебя будет камера смотреть.    Мама укоризненно посмотрела на мужа. ­ Что болтаешь­то? А ты, Женя, чего сидишь? Поел? Иди уроки доделывай!    Ребенок был неудовлетворен, но послушно оставил родителей в покое и  отбыл в свою комнату. Быстрее быстрого Женя доделал математику и  историю и остаток дня начал коротать во «в Контакте». В этом  увлекательном занятии и прошел вечер.
   В одном из постов Серега писал Жене: «Ты «Роботы вернулись» смотрел?».  «Нет, ­ отвечал тот. – А что там?». «Круть полная, ­ продолжал Серега. – Ну,  начало помнишь? Бла, бла. А потом, типа, некоторые из роботов где­то  выжили, опять размножились и всех замочили. И короче, они установили  полный контроль типа над всем человечеством и люди ничего без них даже  делать не могут. Даже думать не могут. В общем, прикольно».    Женя задумался. «А как это – думать сами не могут? Никто ведь не может  узнать о чем я думаю». Женька вдруг похолодел. «А вдруг кто­то может?»  «А что тогда делать?» «Вдруг меня кто­нибудь станет пытать за мои мысли?»  «Но я ведь не виноват, что я это думаю!»    Утомленные трудами родители уснули быстро, а Женя еще долго  ворочался с боку на бок. К вечеру приходят самые неприятные мысли.    Вдруг неожиданно появился Бог на облачке. Было сразу ясно, что Он знает  абсолютно все Женькины мысли и совершенно не собирается его за них  карать.    ­ Боже… Боженька! – заговорил торопливо Женя. – Прости, что я не  рассказал родителям про двойки по математике и истории! Боженька, просто  так получилось!    Бог как будто не замечал Женькиных слов и смотрел куда­то в сторону. ­ И учительницу… Веру Игнатьевну я обманул не специально… Так вышло. ­ Почему? – спросил Вездесущий.    Женя замялся в смятении и вдруг выпалил. ­ У меня просто сил не хватает!... Боже, Боже…    Вместе с тем Женьке показалось, что он заметил улыбку на лице  собеседника. Бог молчал. Со всех сторон его обступили ангелы или еще кто­ то, Женька уж не знал. Потом два этих светлейших существа подхватили  Женю под руки и понесли в какое­то не очень понятное место. Плохим оно  явно не было. Но было очень непонятным. Чем­то оно походило на его город  и его дом, но он явно ощущал, что дело происходит на большой высоте, как  будто привычные ему места поставили на вершину Эвереста. «Ну и что, Бог  все может», ­ думал Женя. А когда перед ним появились Серега, Димка и  Анжелика он совсем успокоился и попытался с ними заговорить. Но они  молчали. Женю вдруг осенило: «Они виртуальные! Я просто о них вспомнил  и они появились передо мной. А как же мне их говорить заставить? Об этом я  не подумал… Э­э! Этого не надо». Вместо говорящих друзей перед Женей  вдруг поплыла учительница литературы Татьяна Михайловна, она же завуч  по совместительству.  ­ Я прочитал Гоголя! – успел выпалить Женя. ­ Прочитал, прочитал… прочитал Гоголя, ­ как­то нараспев, как будто эхо  повторяла его слова Татьяна Михайловна.    «А чего я боялся? – спросил сам себя Женя. – Ведь я сам ее сейчас  придумал. Я себя просто не контролирую. Попробую ка я лучше представить  себе добрую директрису, которая дарит мне мороженое, вместо того, чтоб  отчитывать».    Идея была хорошей, но Анна Ивановна не вышла такой как хотелось и ее  первые очертания сразу обозначили угрозу для Женьки.    «Нет, нет, не надо! – залепетал он. – Да что ж такое… Не выходит как  хотелось… А­а. Мне просто никак не подумать о ней такое. Значит я опять  свои мысли не контролирую. Стало быть, если я захочу что­нибудь своровать  или кого­нибудь… убить, то это все выплывет наружу и я ничего не смогу с  этим сделать? За что мне такая напасть?... А почему я должен себя  контролировать? Почему я? Почему себя?...Почему я не могу увидеть, что  думают и замышляют другие?»    Женя стал оглядываться и увидел, что два светлых существа опять стоят по  бокам. Руки их были подняты вверх. Они как будто на что­то указывали. Но  это было именно что­то. Что­то далеко, в высоте и очень спокойное, даже  понятное, но недостижимое.    «Выше Эвереста, что ли»? ­ ухмыльнулся про себя Женя.    Нет, это было не выше Эвереста, потому что и Эверест выглядел каким­то  чрезвычайно плоским. Это было просто как­то по другому. ­ А как мне это увидеть? – спросил Женя у ангелов, как ему показалось про  себя.    «Как, как? – ответил он сам себе. – А так». И он вдруг прямо тут же полез  вверх.    «Пожалуй это круче, чем в парке аттракционов… Нет, даже круче, чем  когда мы с папой лазали по горам. Но чего ж я такой тяжелый? Прямо как  бегемот… Нет. Как слон».    Ноги были как каменные. Движения давались с большим трудом. Смотреть  вниз было страшно и Женя пытался себя бодрить и харахориться как петух.  Но сам чувствовал, что это глупо. Тело он свое не видел. Как все было? Он  уже мало что понимал. Наверное так хромые убегают от волков. Но волков  не было.    «А­а, ­ догадался он, ­ просто что­то тянет вниз».    Женя остановился. Сидел он или стоял, трудно было сказать. Опора была.  И повернул голову.    Под ним, во всем своем великолепии и ничтожестве, раскинулась земная  жизнь. И похожа она была на компьютерную игру. Но не мультяшно  нарисованную. А реальную. Но такую же послушную. Оно – как объемная  карта всей желаемой территории. Куда ткнешь взгляд – то увеличивается и  обрастает подробностями.    Так Женя и делал. Люди бегали по улицам как живые фишечки на столе.  Вот зеленый светофор начинает мигать. Большая машина, вместо того, чтобы  замедлиться наоборот сильно ускоряется. Женя почувствовал мысли  водителя: «Тормозить не буду! Ментов нет». Машина пересекла перекресток,  когда на светофоре уже горел красный и пешеходы едва успели отшатнуться  от пролетевшего «джипа». «Отошли, лохи!» ­ опять услышал Женя. Женя  возмутился: «Вот наглый! Мог людей сбить! Из­за таких…».    Водитель вдруг сбавил скорость. Женя четко увидел его в открытое окно  автомобиля. Приплюснутый низкий лоб, массивная нижняя челюсть,  короткая стрижка. Лицо шофера выражало некоторую озабоченность. На  следующем перекрестке он заблаговременно нажал на тормоза и встал не  доезжая до «зебры» в соответствии со всеми нормами ПДД.    «Ага, попался нарушитель! То­то! – ликовал Женька. – А вот еще машина  какая крутая. Там вроде приличные люди сидят».     Джентльмены из лимузина действительно выглядели весьма ухоженно.  Они въехали на платную парковку возле отреставрированного старого  особняка с надписью «Hotel».Лица мужчин выглядели возбужденно, глаза  поблескивали. Женя приблизил их для «рассмотрения» мыслей и… тут же  был повержен в крайнее смущение. В головах у этих «комильфо»  проносились картинки с абсолютно голыми женщинами, встававшими в  разные отвратительные позы и вытворявшими с половыми органами  всяческие безобразия.    «Фу! Гадость какая­то!» ­ выругался про себя Женя.    Джентльмены остановились и завели между собой какой­то разговор. Лица  их расслабились и потускнели. Через минуту они сели в свой авто и уехали.    Женька почувствовал прилив вдохновения. «Так я могу видеть все про  всех, кто что задумал и контролировать всех. Вот класс…»    Взгляд привлекла территория с военными действиями. Там дом рухнул.  Люди оказались под завалами. А кто стрелял? Да тут черным черно от  мыслей!    «Какие тут мысли плохие! – возмутился Женя. – Но что это, я так должен  все у всех поправлять, так сказать, полный контроль осуществлять? Я тогда  должен быть роботом каким­то!» Но тут Женя отметил, что мысли людей  совокупно образуют как бы большие клубки. И одни клубки – черные, а  другие – светлее. И они как будто пихаются между собой, наплывают друг на  друга и немного застревают друг в друге. И тут его опять осенило. «Роботом  не надо быть. Просто надо включить какую­то кнопку и между этими  клубками  протянется что­то вроде сети. И каждый отдельный человек будет  в этой «сети» просто жить и все время видеть других, а другие его. И не надо  будет ходить в туалет какать, чистить зубы по утрам, завтракать кашей,  ужинать котлетой и прятаться от невыученного урока. Потому что даже Анна  Ивановна будет всем видна, какая она – плохая или хорошая когда «громит»  учеников. Потому что тайной жизни не бу­у… Э­э! Это еще кто сказал?!» ­ Кто тебе это сказал? – раздался громкий голос отца, обращавшегося к маме.  – Если напартачил, то пусть идет к первому уроку и исправляет. Женя,  вставай! Уже пол восьмого!    Зазвонил еще будильник на мобильном телефоне и Женька лениво  приоткрыл глаза. В голове исчезали остатки волшебного сна. Надо было  вставать, чистить зубы, идти в школу. Ночное «приключение» быстро  выветривалось из памяти, а впереди накатывался волнами «тотальный  контроль». И сильно беспокоили две скрытые от родителей «двойки» и  случай с обманутой учительницей. А в ушах почему­то опять назойливо  дребезжали дурацкие слова вчерашнего политика: «А вы не хотите еще  вспомнить?»
Отправить комментарий